Category: еда

Douel's head

(no subject)

Надеюсь, учёные когда-нибудь изобретут такую штуку, как эмоциональные консервы (наверняка об этом до меня уже успела написать куча фантастов).

Вот, допустим, в начале 2000-х в Москве в филиале Маяковки на Сретенке шёл спектакль «Розенкранц и Гильденстерн мертвы». Отличный спектакль, я его смотрела несколько раз. И всегда чувствовала такую рвущую сердце нежность, почти непереносимую. Такие они были трогательные, Роз и Гиль. Роз, пухлый и нескладный, ел йогурт из баночки. Гиль, быстрый и желчный, подкидывал монетку, играя в орлянку. Такие смешные, такие глупенькие маленькие люди, не подозревающие, что сейчас их затянет в мясорубку, которую крутят сильные мира сего.

И всегда хотелось, как на детском утреннике, когда Машенька и Витенька ломятся по лесу прямиком к логову Бабы-яги, заорать: «НЕТ! Нет, ребятки, не ходите туда!» Только на утреннике ты знаешь, что в конце всё будет хорошо. А тут нет, в гамлетовской истории ни один хорошо не кончил.

И вот спектакля того давно нет. А эта боль пополам с нежностью у меня осталась, я её в любой момент могу в себе воскресить силой памяти, а поделиться не могу. А так можно было бы отсыпать в баночку-жестянку, закатать. И были бы консервы для других таких же любителей странного, чтобы открыть и почувствовать.
Hagu

Хроники выживших

В автобусе едут мама с мальчиком лет семи.
Мама:
— Ой, а мы же кофе забыли купить! Надо сейчас в магазин заскочить.
Сын:
— Да ну-у, может, не пойдём?
Мама:
— Ты что, как без него вставать-то? Юля вон вообще в четыре утра на работу встаёт. Нет, без кофе мы не выживем!
Сын, с гордостью:
— А если весь кофе исчезнет, я тогда буду единственный на свете выживший! — Подумав, добавляет: — Ну и ещё кот.
Douel's head

(no subject)

Когда все принялись вспоминать прелести и горести 90-х, я подумала, что в материальном плане со мной ничего такого уж ужасного не происходило. Мы не голодали, хотя и не шиковали, но хлеб, макароны, картошка и наваренное летом варенье в доме были всегда. Новые модные шмотки, заваливший рынки китайский ширпотреб мне покупали редко, и это было обидно, но не фатально.

Гораздо обиднее было, что в мире вдруг обнаружились боль и несправедливость. В конце 92-го папа заболел. Больница, операция, инвалидность. Маленькая фирмёшка, где он был зам. гендира, тут же его кинула. И за несколько месяцев с начала болезни и до начисления пенсии ему не заплатили ни копейки. И мы вчетвером жили на мамину инженерскую зарплату. Я в свои пятнадцать была инфантильной барышней, мне и в голову не приходило, что можно попытаться где-то подработать, такая жёстко зашитая программа была в голове: человек заканчивает школу, потом институт, и только потом начинает зарабатывать деньги. Так, в быту, по дому, я помогала, конечно. И в очередях за продуктами стояла. Но что ещё можно сделать — не знала.

И тут к нам в школу привезли гуманитарную помощь: пальмовое масло, какие-то мясные консервы, компот, всё такое. Выдавали только льготникам. Например, моей однокласснице, у которой были работающие мама и бабушка, она — единственный ребёнок, дом — полная чаша, но семья у них неполная, родители в разводе. А у нас зато полная: выбивающаяся из сил мама, лежачий больной папа, моя пятилетняя сестрёнка и я. Нам никакой помощи не полагалось. Наверное, можно было как-то подсуетиться, собрать справки и выбить эту чёртову помощь, но этого я тоже никогда не умела. Только страдать в классическом для отечественной интеллигенции духе: боль, тоска и безысходность, а чего-то практическое предпринять, чтобы улучшить положение, — это нет.)) Просто ощущение: всё хреново и неправильно (например, помогают не тем, кто действительно в этом нуждается), но ничего с этим не поделать. От этой тоски я спасалась, втыкаясь в книги, фантастика, фэнтези, читала запоем целыми сутками, эскапизм как он есть.

А потом всё как-то выправилось, и папе стало получше, он начал получать пенсию, а потом и подрабатывать. Оказалось, что всё не так плохо. Да и было, в общем-то, неплохо, если не считать папиной болезни. И всегда можно как-то справиться самим, ничего не выпрашивая и не выбивая. И завидовать тем, у кого больше денег, банок пальмового масла и ангоровых свитеров с рынка, бесполезно. Главное, что всегда как-то хватало на скромный набор еды и книги, а мне для жизни больше ничего и не нужно по большому счёту:)

Douel's head

Михаил Шахназаров "Слева молот, справа серп"

Продолжаю показывать плоды своих трудов и рассказывать о них:
77.93 КБМихаил Шахназаров (intaria) "Слева молот, справа серп"
Аннотация: Ностальгический, полный приключений и безумно смешной роман о нашем общем прошлом. Эта книга — для тех, кто родился и вырос в СССР, а также для тех, кто уже не застал те времена, но очень хочет знать, как тогда жилось в стране на самом деле.
Время и место действия: середина восьмидесятых, одна из союзных республик. Вода "Боржоми", валютный магазин "Березка", дефицитные импортные сапоги, случайно "выброшенные" в сельпо, и рестораны, в которые можно попасть без очереди только по знакомству, поездки в колхоз всем трудовым коллективом... В общем, всё то, что мы и рады бы забыть, но с таким удовольствием вспоминаем, собравшись за рюмкой чаю.

Обложка: Юлия Межова

По сути это старый добрый плутовской роман: два одарённых, но разгильдяистых друга-журналиста, изнывающих от безделья в редакции латвийской газеты, хохмы ради решают разыграть забредшего в редакцию незадачливого официанта. Розыгрыш получается неприличный и довольно жестокий. И, разумеется, не без неожиданных для журналистов последствий.

Роман получился хулиганский, неполиткорректный, едкий, ироничный, но и грустный, и добрый, и снисходительный к человеческим недостаткам. Он, конечно, высмеивает какие-то перегибы советского быта, но не пинает наше прошлое сапогом (как это было модно не так давно), но и не паразитирует на прошлом, пуская сладостные ностальгические слюни (как стало модно позже). Это Мишина попытка вспомнить, как оно всё было, и честно рассказать об этом. А какие воспоминания роман навеет каждому из читателей — это уже его, читателя, дело.
Времена, режимы и правители приходят и ходят, но остаётся что-то, что скрепляет всю эту череду событий. И это мы, люди.

А вот тут интервью, в котором Михаил рассказал "Известиям" о своей книге, о себе, о жизни: http://izvestia.ru/news/560528

mazina

Приготовление шашлыка в городской квартире)

Для изготовления шашлыка в домашних условиях нужно:
- мини-мангал с шампурами;
- мясо;
- уголь и жидкость для его разведения;
- конструкция из банок и доски, на которой всё стоит;
- кастрюлька или глубокая сковородка с водой, куда могут падать случайные угольки;
- безумная идея.

116.55 КБ

Collapse )
frying_pan

Про пасхальные яйца и сроки годности

Интересно, почему пасхальные яйца принято красить в четверг, так задолго? Я если их и крашу вообще, то делаю это в субботу. Есть у меня такая маленькая причуда — любое приготовленное в домашних условиях блюдо надо съесть в течение суток (ну, в самом крайнем случае двух), после чего оно выкидывается. Пища должна быть свежей!
Может, бытует такое мнение, что пасхальные яйца не подлежат законам, действующим на все остальные продукты, и не портятся?

Collapse )

Так что вот, дорогие друзья, следите за состоянием продуктов в холодильнике и своевременно выбрасывайте несвежее!:)
 
Douel's head

Яблочное

Я уже как-то упоминала, что некоторые сорта яблок покупаю исключительно из-за названия. У них вообще en masse какие-то удивительные названия...

 

«Глостер» — ассоциации с печально знаменитым английским королем Ричардом III (в девичестве герцогом Глостером). Один из самых интересных и трагических персонажей в истории. Есть теория, что его кровавая слава, слухи об убийстве братьев и племянников — чудовищная несправедливость и результат контрпропаганды его преемника Генриха VII и его карманного летописца Томаса Мора. К слову сказать, шекспировский «Ричард III» с его образом ужасного горбуна основывается именно на сведениях, почерпнутых из трудов Мора.

 

«Джонатан» — ассоциации с книгой Ричарда Баха «Чайка по имени Джонатан Ливингстон». Мне, правда, ближе его «Иллюзии». Плюс любимый фильма Марка Захарова «Дом, который построил Свифт» — Свифт, как известно, тоже звался Джонатаном.

 

«Антоновка» — терпеть не могу есть антоновку, зато ужасно люблю её запах. Тут, разумеется, вспоминаются бунинские «Антоновские яблоки» — вот как можно было так здорово, живо передать словами аромат? Искренне восхищаюсь.

 

«Коричное» — ассоциируется с глинтвейном:) Потому что сразу и корица, и яблоки.

 

«Гала» — ассоциируется, естественно, с Дали.

 

«Грэнни Смит» — «бабушка» в названии, что-то такое домашнее, уютное. Зимний вечер, кухня, оранжевые занавески, чай и бабушкины пирожки с яблочным повидлом. А раньше в магазинах были отечественные похожие яблоки, «семеренко» назывались.

 

«Фуджи» — тут уж и вовсе всё прозрачно. Япония. А на ценниках почему-то написано, что этот сорт из Китая. В нашем детстве таких не было.

 

А ещё есть много других сортов: «Синап», «Слава победителя», «Чемпион», «Ранет», «Богатырь», «Зимнее полосатое», но их нынче можно только на рынке найти. В супермаркетах — сплошь импортные.

 

А вообще я не то чтобы безумная фанатка яблок. Бананы вкуснее, и персики, и вишня с черешней… :)

Douel's head

Несколько слов о моей бабушке...

Моя бабушка Люся была очень мудрой женщиной. Причем ее мудрость была не книжной (хотя у нее было незаконченное высшее, она много читала и любила театр), а такой доброй, житейской мудростью, как и положено идеальным бабушкам.
Бабушка у меня была какая положено. Со сказками про Машу и медведя, с горячими пирожками с капустой, с вязанием носков. При этом она была вполне современная городская дама, которая регулярно шила костюмы в ателье, делала на голове «химию», имела целую кучу подружек и получала комплименты от мужчин, когда ей уже было далеко за шестьдесят.
24 февраля ей исполнилось бы 84 года. Но ее уже 9 лет нет с нами. В общем, бабушке Люсе (и вообще всем бабушкам) посвящается...

***
Я бабушкой гордилась… По-детски наивно, не вообще, а какими-то отдельными конкретными деталями. Например, была у бабушки потрясающая фотография: она со своей младшей сестрой Галей. Бабушке двадцать с небольшим, Гале дет девятнадцать. Обе в модных шляпках, с завитыми кудрями. Снимок студийный и не в пример лучше тех, что делают сегодня в фотомастерских.
Когда ко мне приходили подружки, я показывала им это фото. Они неизменно ахали:
— Это твоя бабушка?! Правда?! Какая красивая!
И когда после этого бабушка приносила нам чай с конфетами, девчонки смотрели на нее совсем другими глазами: восхищенными и немножко недоверчивыми, как будто пытались разглядеть в ней сегодняшней ту стильную красавицу. А я улыбалась и в эти моменты очень гордилась ею.

***
Бабушка учила меня «жизни». Мне 6 лет. Мы с ней играем в поликлинику. Я – доктор, она – пациент, пришедший на повторный прием.
Бабушка: Ой, спасибо вам, доктор! Вы мне так помогли! Я теперь совсем здорово! А вот вам от меня к чаю коробочка конфет!
Я (обрадованно): Ой, спасибо! Давайте!
Бабушка (возмущенно): Ты что?!
Я (испуганно): А что такое?
Бабушка (укоризненно): Ну кто же сразу-то конфеты берет?! Сначала нужно долго отказываться, а потом взять, как бы нехотя. А то подумают, что тебе конфеты важнее, чем пациент.

***
Когда мне было 16 лет, бабушка однажды сказала:
— Не обольщайся по поводу своей внешности. Ты не красивая, но зато чертовски симпатичная (с ударением на слове «чертовски»:)! А это куда лучше, чем внешняя красота, которая быстро проходит.
Так я с тех пор и живу с сознанием того, что я чертовски симпатичная - что, согласитесь, действительно гораздо лучше, чем поверхностная красота. Бабушка, как всегда, была права:)