смотритель маяка (melicenta77) wrote,
смотритель маяка
melicenta77

А я ж ведь самую примечательную историю про 90-е ещё не рассказала! Трагикомическую.

В 93-м, через несколько месяцев после папиной болезни, у бабушки случился инсульт. И её положили в неврологическое отделение балашихинской горбольницы. А прямо за больницей находился роддом. А за роддомом памятник культуры — усадьба Горенки с обширным парком. Когда народу стало казаться, что вот-вот совсем кранты и наступит тотальный голод, работники роддома и их приближённые самозахватили в приусадебном парке кусок земли — под огороды. (И это было не единичное явление: другие граждане освоили участок в городском парке, под высоковольтной линией, третьи — рядом с железнодорожной станцией. Огороды возле станции, кстати, существуют до сих пор, сама прошлой осенью видела!) Разжилась огородиком и мамина подруга тётя Оля, работавшая в роддоме окулистом. Когда папа заболел и лишился работы, она сказала маме: «Ларис, вы пользуйтесь моим участком и сажайте там что хотите, мне всё равно пока не надо, а вам, может, пригодится». Ну мы и посадили весной 93-го скромно: картошечку, зеленюшку, кабачки.

А летом 93-го у бабушки случился инсульт. А что такое неврологическое отделение в подмосковной больнице в те времена? Персонала для ухода за лежачими больными не было, и каждому больному просто выделяли дополнительную койку — для родственников. И вот мы с родителями постоянно дежурили там: кормили бабушку, приносили-выносили утку и т. п. А больница располагалась как раз в 2/3 пути от дома до огорода. Понятно, да? То есть кто-то один дежурил в палате, а остальные отправлялись на сельскохозяйственные работы. А лопату, грабли и тяпку хранили прямо в больнице, под кроватью для родственников. Уровень санитарии в больнице был такой, что лопата ничего бы не изменила.

Сейчас звучит дико, особенно если посмотреть какого-нибудь там «Доктора Хауса», а потом представить себе явление родственников пациента с садово-огородным инвентарём и их попытки запихать оный инвентарь больному под кровать. А тогда, в пятнадцать лет, происходящее меня совершенно не удивляло. Я вообще в тот год насмотрелась: на онкологических больных на Каширке, где лежал папа (жёлто-зелёный сосед по палате, веривший, что у него «всего лишь полипчики»; другой сосед, бывший лётчик, называвший шлёпанцы «резинками на шасси», он умер через несколько недель); на неврологических (буйная постинсультная старушка, которая крыла всех матом и чуть что лезла драться со снохой; 19-летняя девушка, у которой на третью ночь после свадьбы во сне начались сильнейшие судороги, подозревали опухоль мозга; молодая женщина с рассеянным склерозом, бегавшая домой обедать, — другие больные судачили, что ей так бегать осталось год-два). Кого после этого шокирует лопата под кроватью?

А что касается огородных успехов, то картошка уродилась мелкая и неважнецкая (ещё бы, в черте города, в 400 м от Горьковского шоссе), собрали её всего полтора мешка, но нам это в тот год очень помогло. На следующий год снова посадили, но… кому-то наш урожай оказался нужен больше. В одну «прекрасную» ночь всю нашу недозрелую картошку вырыли и увезли, и у всех соседей тоже. Засим наша огородная эпопея закончилась, уж очень это было досадно:)

Tags: детство, самораскопки, спазмы рефлексии, фрик-шоу
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments