смотритель маяка (melicenta77) wrote,
смотритель маяка
melicenta77

Мифы и реальность

Фильм "Рассказы" я хотела посмотреть уже хотя бы ради зачина: в издательство приносят рукопись. Всегда ужасно интересно, как другие люди (в данном случае киношники) представляют себе деятельность издательства, тем более что отечественное кино нас фильмами об издательствах не балует, немодная это работа.

Итак, что правдоподобно? Главред, говорящий автору: "А романа у вас нет, только рассказы? Вот лучше бы вы принесли роман..." Это в точку. Не потому что издатели такие сволочи и рассказы не любят, а потому что сразу прикидывают, как они будут это продавать. При прочих равных произведения крупной формы продаются лучше. А сейчас, когда и роман-то нового молодого нежанрового автора (то есть пишущего, скажем, не фантастику про попаданцев, а так называемую современную прозу) "пробить" сложно, издать его же сборник рассказов — вообще практически без шансов, никто не покупает. Ну разве что издатель открывает рукопись сборника и понимает, что автор — гений и издавать его надо невзирая ни на какие убытки, но такое случается очень редко.

А что из области "не верю"? Во-первых, крайне маловероятна ситуация, когда молодому писателю с улицы назначают встречу сразу со всем руководством издательства, причём в первые же секунды выясняется, что рукопись не подходит по формальным признакам. Такое возможно только при вопиющем непрофессионализме секретаря, договаривавшегося о встрече. Как правило, главный редактор — человек занятой, он встречается с авторами, только если издательство заинтересовано в их публикации, то есть ПОСЛЕ ознакомления с рукописью. Нет, конечно, к нам постоянно ломятся всякие граждане, мол, я хочу встретиться с главным редактором, назначьте мне день и время.
— По какому вопросу?
— Хочу предложить своё произведение.
— Сейчас разговор будет беспредметным, сначала пришлите произведение, а потом, если оно нам подойдёт, можно будет назначить встречу.
К нам в редакцию ежедневно приходят самотёком несколько десятков рукописей. Так вот, если бы все эти авторы приносили рукописи лично и общались бы при этом с главным редактором, так это ему пришлось бы не уходить с работы вообще никогда, и ни на какие прочие дела времени бы уже не осталось.

Второй "дисбелиф": уже отвергнутая рукопись вдруг начинает ходить у всего редакционного коллектива по рукам. Ха-ха. Опять же пример из нашей жизни: рукописей к нам приходит несколько десятков в день, ведущих редакторов пятеро (если не считать редакции детской методической литературы, которая самотёк всё равно не читает), читают они в мифическое свободное от работы время. То есть переработать весь поступающий объём самотёка нереально, у каждого накапливается длинная очередь вполне перспективных с точки зрения издания текстов для чтения и долгов по чтению перед авторами, с которыми уже работаешь (каждый раз страшно неудобно: "нет, извини, до твоего романа руки пока не дошли, ты у меня следующий на очереди"). Так какова вероятность, что редактор при этом возьмётся читать заведомо непроходной текст, как будто ему больше заняться нечем? Нет, ну какая-то вероятность, конечно, всегда есть, но мизерная. И если бы у меня — чисто теоретически — по волшебству разгреблись вдруг рукописные завалы и образовалась ситуация "нечего почитать", я бы, разумеется, с куда большей охотой почитала классику или какие-нибудь литературные новинки — для души (потому что на них, бывает, месяцами ни минутки не остаётся), а не отказные рукописи.
И ещё о ситуации "читали рукопись всем издательством": кто, собственно, читает рукопись, когда её принимают в работу? Во многих издательствах есть человек, который сидит на самотёке и отделяет зёрна от плевел, но он обычно читает рукописи не целиком и поверхностно, после чего переправляет то, что вроде бы заслуживает внимания, кому-нибудь из ведущих редакторов. В некоторых издательствах есть скауты-ридеры, которые, собственно, тоже сортируют тексты, но у нас, например, таковых нет. В итоге получается, что единственный человек, читающий рукопись, которая потом пойдёт в работу, целиком, оценивая её, — это ведущий редактор (ну если не считать литературного редактора и корректора, которые читают текст уже после того, как он одобрен и принят ведущим редактором в работу). Иногда ещё и главный редактор читает, если он человек неравнодушный (как в нашем случае) и сам тоже занимается отбором текстов.
Но чтобы рукопись читали уборщицы, секретари, бухгалтерия и все-все-все — это, конечно, художественное преувеличение. На моей памяти такое, чтобы рукопись прочитал действительно ВЕСЬ штат издательства (впрочем издательство было ма-аленькое), было ровно один раз: это было в "Livebook/Гаятри", а текст тот был — "Дом, в котором" Мариам Петросян.

(Что же до фильма, мне предсказуемо больше всего понравилась последняя новелла. Мне тоже кажется, что дяденькам, которые не просто жаждут потереться с какой-нибудь тётенькой гениталиями, а мечтают о глубоких чувствах, дружбе, поддержке и интересном общении на равных, следует заводить романы с ровесницами. Мнения своего, впрочем, никому не навязываю:)
Tags: кино, книги, работа, спазмы рефлексии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 65 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →